ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА: ОХРАНЯЕТСЯ ЗАКОНОМ

16 января 2020
Елену Бабич представлять на медицинском рынке не нужно — эта улыбчивая девушка с проницательным взглядом возглавляет ТОП самых авторитетных медицинских юристов Украины.
Елена — эксперт №1 в сфере медицинского права, основатель и руководитель Адвокатского бюро Елены Бабич. Более 16 лет занимается вопросами защиты интересов врачей и клиник, принимает активное участие в разработке законопроектов, регламентирующих работу медицинской отрасли. Редакция журнала «Приватний лікар» благодарит Елену за согласие подробно осветить тему врачебной тайны: кому, когда и при каких условиях врач может сообщать информацию о состоянии здоровья пациента, и что будет, если нарушить закон.
 
ПЛ: Елена, начну с самого насущного вопроса: насколько законно использовать фото пациентов в качестве контента для продвижения в интернете?

Е.Б.: Если говорить о демонстрации фото и видео в интернете, то в последние годы возросла активность врачей на он-лайн площадках. Очень часто медицинские специалисты хотят делиться результатами своей работы с аудиторией в соцсетях, чтобы привлекать больше новых пациентов. Это касается стоматологов, пластических хирургов, косметологов. Мы видим в социальных сетях фотографии «до» и «после» процедур или вмешательств. Замечу, что также еще одним популярным форматом для продвижения становится демонстрация видеозаписей операций или прямая трансляция операционного процесса. Чаще это стоматология, бьюти-индустрия, инъекционная косметология, реже – видео полостных операций. Я сейчас не буду говорить об этико-моральных аспектах этих действий, а коснусь только юридической плоскости. Врачи должны понимать, что демонстрировать любую фотографию пациента или транслировать видео, на котором пациент без письменного согласия на это пациента запрещено.

ПЛ: Как с юридической точки зрения расценивается использование фотографий пациента в докладах врачей на медицинских конференциях?

Е.Б: Почему то на узкоспециализированных конференциях на сегодня это норма демонстрировать пациента до и после лечения, и при этом идет демонстрация открытого лица пациента. Многие врачи при этом считают, что использование фото пациента на медицинской конференции не является разглашением врачебной тайны – мол, там же на конференции одни врачи, это специализированное мероприятие и т.п. Это мнение ошибочно! Использование фотографий в любых местах без его согласия невозможно. Только при наличии письменного согласия пациента возможна фото- и видео-фиксация, а также демонстрация фото пациента. Исключение из правил — это когда невозможно идентифицировать пациента на фото или видео.

ПЛ: Как должен выглядеть этот документ – письменное согласие пациента? Он составляется в произвольной форме или имеется шаблон?

Е.Б: Как такового шаблона нет. Каждая клиника или врач, которые хотят использовать фото пациентов в обучающих, маркетинговых и других целях, должны разработать для себя форму-шаблон или даже взять в интернете примеры и адаптировать под себя. Суть этого документа должна заключаться в том, что пациент дает свое согласие на использование фотографий и в этом же документе указано, ГДЕ именно он дает право использовать свои фотографии. Безусловно, что перед тем, как просить согласие пациента на использование фотографий, врач должен объяснить, где он планирует использовать эти фотографии. Почему это важно? Да хотя бы для того, чтобы, листая ленту фейсбука, случайно не увидеть себя там, где вовсе не ожидал себя увидеть. И такие случаи в моей практике были, когда я в ленте фейсбука видела своих знакомых, звонила им и спрашивала: «А вы же дали согласие на использование своих фото, да?». В ответ я слышала: «Нет, согласия не давали». Поэтому подчеркиваю, что в документе, написанном пациентом, должно быть указано, ГДЕ именно он разрешает использовать свои фотографии. Возможно, он не против использования фото на конференциях на медицинскую тематику, но при этом против использования фото для фейсбука или инстаграма.

ПЛ: Правильно ли я понимаю, что пациент должен дать согласие как на фото- или видео фиксацию, так и на использование фото и видео?

Е.Б.: Абсолютно верно! Это можно указать в одном документе. Следует помнить, что у нас по законодательству фотографирование физического лица без его согласия тоже запрещено.

ПЛ: Какое наказание законодательно предусмотрено за такой вид нарушения прав пациента?

Е.Б: Когда врач использует фотографию пациента, демонстрируя результаты лечения, тем самым он разглашает врачебную тайну, которую он обязан сохранять! Тем самым он разглашает и факт обращения за медицинской помощью, и делает публичной информацию о проведенных процедурах и манипуляциях. В такой ситуации есть основания для взыскания нанесенного морального ущерба. Врач должен понимать, что он рискует в данном случае деньгами, хотя есть статья Уголовного кодекса, которая предусматривает уголовное наказание в случае, если разглашение врачебной тайны повлекло за собой тяжкие последствия.

ПЛ: Как правильно предоставлять информацию при запросе по телефону или способами электронной связи?

Е.Б.: Если мы говорим о врачебной тайне, то мы должны понимать, что врачи и другие сотрудники лечебного учреждения, которым так или иначе во время исполнения профессиональных обязанностей стали известны диагноз, результаты обследования, семейная или интимная тайны пациента, должны сохранять эту информацию в тайне, кроме особых случаев, предусмотренных законодательством. То есть даже факт обращения является объектом врачебной тайны. Не секрет, что в адрес лечебных клиник приходят абсолютно разные запросы, и в том числе часто звонят пациенты сами либо родственники пациентов с просьбой о предоставлении той или иной информации. Необходимо понимать, что вы никогда точно не знаете, кто именно на том конце провода. Исключение, наверное, могут составлять случаи, когда врач дает свой мобильный телефон пациенту, узнает его по телефону и может четко идентифицировать звонящего как своего пациента. Речь идет о том, что на колл-центр лечебного учреждения звонит кто-то и представляется, начиная от родственника пациента и заканчивая генеральной прокуратурой или администрацией Президента (такое тоже бывает), и пытается выяснить «А вот у вас есть ли такой пациент и какой у него диагноз». В большинстве случаев предоставление информации по такому запросу квалифицируется как разглашение врачебной тайны. Я советую принять правило, которое должно соблюдаться всеми сотрудниками клиники: информация по телефонным запросам не выдается. В идеале, лечебное учреждение должно определить порядок выдачи медицинской документации и информации по внешним запросам. Каждый письменный запрос должен быть проанализирован и определено, есть ли основание для предоставления информации.

ПЛ: Отказ от предоставления информации часто вызывает у пациентов бурю негодования. Как быть?

Е.Б.: Да, это дилемма: быть клиенториентированными или юридически защищенными. Недавно одним из пользователей фейсбука был проведен эксперимент: он обратился в две клиники, и в одной из них при телефонном обращении он был идентифицирован по номеру телефона, после чего ему была предоставлена вся информация. Во второй клинике ему отказали в выдаче информации, попросив приехать лично для получения результатов обследования. После этого он написал в фейсбуке пост, полный возмущения и обвинений в адрес «не-клиенториентированной клиники». Хотя на самом деле во втором лечебном учреждении его информация была более надежно защищена. Стоит также знать юридически правильный алгоритм предоставления информации родственникам и близким пациента. Клиника и врач должны понимать, что информацию они могут предоставлять только самому пациенту (если речь идет о совершеннолетнем). Муж/жена/мама/папа совершеннолетнего пациента не являются законными представителями пациента! Врачи предоставляют информацию пациенту, а он уже сам решает с кем и в каком объеме делиться этой информацией.

ПЛ: На одном из ваших семинаров вы говорили, что медицинская документация является собственностью лечебного учреждения. И пациенту в случае необходимости предоставить данные из медицинской документации в другое лечебное учреждение дается «выписка» из этой документации. Прокомментируйте, пожалуйста.

Е.Б.: Да, на самом деле амбулаторная карта или история болезни – это отчетная медицинская документация, которая должна сохраняться в лечебном учреждении. Она ведется в соответствии с требованиями Министерства здравоохранения и если пациент хочет получить какую-либо информацию, то на этот случай предусмотрена специальная форма – Выписка из амбулаторной карты или Выписка из истории болезни (эпикриз). Правильно — не выдавать амбулаторную карту на руки пациенту. Потому как если случится какое-либо ЧП, будет проверка МЗ, будут претензии со стороны пациента, а у вас нет карты – то у вас не будет возможности защитить себя. Я рекомендую избегать выдачи медицинской карты на руки пациенту. В случае, если карта была украдена, похищена или не возвращена, то вы должны зафиксировать этот инцидент. Так, например, в одной из стоматологических клиник недавно произошел случай, когда пациент украл карту, силой вырвав ее из рук администратора. Сотрудница не растерялась, уведомила администрацию. Та вызвала полицию, которая зафиксировала факт кражи гражданином своей медицинской карты. При предъявлении спустя какое-то время претензий пациентом на некачественное лечение в этой клинике факт кражи меддокументации был расценен не в пользу пациента и тот не получил удовлетворения своих претензий.

ПЛ: Насколько безопасно с юридической точки зрения для врача/клиники трансляция в интернет хода операций, фото удаленных органов, фрагментов и пр.? Прокомментируйте, пожалуйста.

Е.Б.: Правомочность этих действий в данном случае не отличается от таковой при демонстрации фотографий. Как с моральной, так и юридической точки зрения я не рекомендую это делать без ведома и без письменного согласия пациента. Потому что это — нарушение прав пациента. При незадокументированном согласии пациента (например, оно было устным) врач может оказаться в крайне неприятной ситуации, если пациент вдруг передумает.
Когда во время оперативного вмешательства невозможно идентифицировать пациента по фрагментам операционного поля, то согласие пациента не требуется. Когда же речь идет о таких вмешательствах, когда зона оперативного вмешательства или ракурс съемки позволяет идентифицировать пациента, то в этом случае письменное согласие пациента обязательно.

ПЛ: Согласие родителей на медицинскую помощь несовершеннолетним детям: когда требуется? И второй вопрос: кто из родителей уполномочен давать согласие, если они находятся в разводе?

Е.Б.: Давайте сначала поговорим о предоставлении информации о состоянии здоровья ребенка на запросы родителей. Законными представителями ребенка (а это возраст до 18 лет) являются его родители: папа и мама. Оба родителя имеют равные права в отношении ребенка, независимо от того, с кем проживает ребенок разведенной пары. Если в адрес ЛПУ приходит запрос от одного из родителей на получение информации о состоянии здоровья ребенка, проведенном лечении, результатах обследования и прочем, то лечебное учреждение обязано предоставить такую информацию. Акцентирую внимание на том, что информация предоставляется после верификации личности запрашивающего (подтверждающих документов об отцовстве или материнстве). Даже в случае, когда один из родителей настаивает на запрете предоставления информации бывшему супругу (бывшей супруге), следует знать, что такое требование незаконно. Ни мать, ни отец не могут запретить лечебному учреждению предоставлять информацию второму родителю. Это нарушение прав одного из родителей.
Учитывая некоторые коллизии в украинском законодательстве, я бы рекомендовала проводить оказание медицинской помощи ребенку после 14 лет и с согласия ребенка, и с согласия одного из законных представителей ребенка.
 
ПЛ: Вы часто советуете врачам и медучреждениям больше общаться с пациентами, аргументируя это тем, что 80% судебных исков не возникало бы, если бы была налажена правильная коммуникация.

Е.Б.: Да, это самый простой метод упредить большинство конфликтов. Да, это значит, что часто не довести дело до суда было вопросом достаточности общения лечащего врача с пациентом. На первый взгляд это кажется банальным советом, но руководители лечебных учреждений прекрасно понимают, о чем я говорю. Сев и проговорив с пациентом все аспекты диагностики и лечения, большинство вопросов можно снять. Потому что недопонимание, завышенные ожидания и искаженная информация часто рождают почву для предъявления претензий пациентом. Но «поговорить с пациентом» — это не прийти на переговоры с адвокатом. Это общение с пациентом всех тех специалистов, которые могут проявить эмпатию, дать исчерпывающую информацию и переубедить пациента, сохранив ему статус-кво.

ПЛ: Елена, на ежегодном Legal Medical Forum, который традиционно пройдет 24 апреля 2020 года, какие вопросы, помимо врачебной тайны, будут рассмотрены?

Е.Б.: На каждом Legal Medical Forum я стараюсь поднимать важные практические темы, которые касаются медиков. Однозначно, мы будем говорить и о врачебной тайне, и об уголовной ответственности врача, и о законодательных аспектах медицинской деятельности, способах юридической защиты врачей, грамотном ведении медицинской документации. Мы всегда стараемся дать максимум полезной информации, которая сэкономит нервы и деньги собственникам медицинских учреждений. Мы развиваем юридическую компетентность медицинского рынка, и приглашаем вас стать участником Legal Medical Forum-2020!
 
Беседовала Елена Труш